Год назад ко мне обратился молодой человек лет двадцати пяти — заказчик генеалогического исследования. Аккуратный вид, дорогие часы, семьянин… Прошло девять месяцев направляю ему отчёт о проделанной работе.

— Вот отчёт, — пишу ему, высылая архив на мейл. — Ваш предок, крестьянин Макар, 1596 года. Документы из РГАДА.

Он принял отчёт, словно ему подали блюдо с незнакомой едой. Листал, морща лоб, будто перед ним были не выписки из метрических книг, а клинопись древних шумеров.

— Почему вы решили, что это мой родственник? — вдруг спросил он.

Я показал пальцем:
— ФИО совпадает. Год рождения. Место. Дети указаны те же. Вот все документы лист к листу. От поколения к поколению.

— А почему путь миграции именно такой?

Развернул перед ним фотокопию страницы:
— Здесь же чёрным по белому: «Прибыл из деревни …..». Видите?

Он смотрел на документ, но взгляд его оставался пустым — точь-в-точь как у современных детей, когда они водят пальцем по экрану советского телевизора, ожидая, что картинка перелистнётся.

Два месяца он не принимал работу. За два месяца таких вопросов накопилось под сотню. «Почему вы так думаете?» — «Да потому что это написано вот тут!» — «А откуда вы это взяли?» — «Из документа, вот он!». Казалось, передо мной не взрослый мужчина, а ребёнок, который впервые увидел книгу без картинок.

Вчера, когда он в очередной раз спросил, почему я считаю Макара его прародителем (хотя в отчёте всё расписано), я вдруг представил: вот он сидит за праздничным столом, дети спрашивают: «Папа, а кто наши предки?», а он в ответ: «Не знаю. Там в отчёте что-то написано, но это сложно для меня».

А ведь этот человек женат. Ипотека. Два высших образования. Должен решать дифференциальные уравнения, но не способен проследить цепочку: «Иван родил Петра, Пётр родил Сидора»…

Когда он наконец-то закрыл работу, я долго смотрел в окно. На столе лежал его отчёт — сто пятьдесят четыре страницы кропотливого труда. И вдруг мне вспомнилась фраза из старого учебника: «Целью научных занятий должно быть направление ума таким образом, чтобы он мог выносить твёрдые истинные суждения… Ибо никакие правила и инструкции не заменят собственного разумения — подобно тому, как нельзя научиться живописи, лишь соблюдая технические предписания без развития зрения и руки» Рене Декарт в «Правилах для руководства ума» (1628 г.).

Видимо, теперь остаётся только умение ставить галочки в тестах и пальцем скролить тик ток.

Сегодня утром я получил от него письмо: «В общем, благодарю вас. Спасибо за труд.

Всего наилучшего!». Значит, всё-таки дошло? Или просто устал спрашивать?..

За окном шумели дети — играли в казаков-разбойников. В их головах уже складывались собственные истории, свои цепочки. Может, не всё ещё потеряно?

Или пора переходит на отчёты в виде комиксов, инфографики и трех вариантов ответа?